Блокадные богачи. Кто хорошо жил в Ленинграде в 1941-1944-х?

Одним из нелицеприятных фактов про Среднеуральский женский монастырь стало то, что его настоятель схиигумен Сергий наслаждался вкусной едой, пока матушки и дети соблюдали строжайшие посты. В принципе, это не новость. Обычно верхушка закрытых тоталитарных структур себя не обделяет и ловко обходит свои же запреты.

В военное время многие граждане Ленинграда не пережили трехлетнюю блокаду. Большинство умерло от голода. Еще часть замерзла насмерть в неотапливаемых домах. Впрочем, это касается лишь простого населения. Потери политической и военной элиты были значительно меньше.

Правда ли, что власть пировала, пока люди гибли от истощения прямо на улицах? Ввозили ли на оккупированную территорию заморскую продукцию? Могла ли простая повариха распоряжаться чужими судьбами? Давайте разбираться, где правда, а где спекуляции.

«Ромовые бабы» Жданова

Апогеем цинизма считается портрет первого секретаря обкома Андрея Жданова, нарисованный во времена перестройки. В прессе стали публиковать свидетельства о том, что при блокаде главе КПСС привозили баранину, птицу, а также свежие овощи и фрукты. Игорь Атаманенко, внук личного врача Жданова написал в своей книге, что в 1941-1944 годах, пока голодные люди ели трупы своих сородичей, медикам приходилось спасать номенклатуру от результатов обжорства. А филолог и историк Юлия Кантор привела в одной из статей рассказ сантехника, который в разгар блокады зашел к Андрею Александровичу починить кран и обнаружил на столе тарелку с пирожными.

Довольно часто в качестве доказательства беспринципности руководства приводят фотографию 1941 года, где ленинградские кондитеры выкладывают на противень «ромовых баб». Считается, что их пекли специально для первого секретаря. Однако доподлинно неизвестно, кто заказывал десерт на самом деле. Это мог быть как Жданов, так и любой другой член правящего класса.

Есть и другие данные. Гаррисон Солсбери, издавший монографию «900 дней блокады Ленинграда», утверждает, что никаких деликатесов на партийном столе не было. Он лично встречался со Ждановым, и, по его словам, тот выглядел неважно: похудевший, с кругами под глазами и с уставшим лицом. Голодная смерть Андрею Александровичу не грозила, но его суточный рацион по нынешним меркам был довольно скудным: каша, тарелка мясного супа, полкило хлеба и чай с парой кусочков сахара.

Похожую историю рассказывал и связист, побывавший на празднике Октябрьской революции в Смольном. Он видел, что членам партии разносили бутерброды, однако не заметил никаких излишеств.

Читайте также: Легендарный Вольф Мессинг. Что предсказал для России известный менталист?

Райский отдых в санатории

В 1998 году доктор философии Наталья Козлова придала огласке дневник кадровика Николая Рибковского, где тот откровенничает по поводу питания в одной из ленинградских реабилитационных клиник. В 1941 году он писал, что пациентов кормят вермишелью с маслом и свининой, а спустя три месяца сделал пометку о рационе для горкома партии. Чего там только не было: и икра, и колбаса, и индюшатина, и рыба всех видов! А на сладкое давали пирожки с какао — настоящая роскошь по тем временам!

Сейчас точно нельзя установить, существовали ли мемуары Рибковского на самом деле. После того, как Наталья получила к ним доступ, они бесследно пропали из архива. Возможно, документ сфабриковали ради сенсации, а, возможно, новое правительство решило уничтожить настоящий дневник, чтобы скрыть неприятную правду. Как известно, бывший министр культуры Владимир Мединский активно отрицал изобилие в Смольном. Кто знает…

Гастроном не для всех

Во время блокады Ленинград практически вымер. Ни еды, ни тепла, ни света. Однако одно место продолжало жить и процветать все три года подряд.

Несколько лет назад Нина Спирова дала резонансное интервью. Будучи совсем юной девушкой, Нина Ивановна работала в Елисеевском магазине, который в военное время стоял заколоченным. Мало кто знал, что на самом деле в гастрономе продолжает идти торговля. Ограниченное количество людей было в курсе, как туда пробраться сквозь черный ход. Посетители предъявляли документы и могли выбрать все, что пожелают.

Ассортимент, по словам Спировой, не уступал нынешним супермаркетам. Там было все — от гроздей винограда и связок сарделей, до изысканных вин и коньяков. Доступ к этому изобилию имели лишь политики, НКВД-шники, академики и творческая интеллигенция. Причем, нужно было приходить за продуктами лишь в строго отведенное время: внезапная очередь вызвала бы подозрения у изголодавшихся прохожих.

Похожей информацией поделился и Никита Ломагин, автор «Неизвестной блокады». Он добавил, что помимо Елисеевского магазина, существовало еще несколько ресторанов и столовых для элиты, а также была специальная база НКВД, куда доставляли дефицитные товары.

Читайте также: Расстрел Яна Берзина. За что поплатился руководитель военной разведки?

Маленькие царьки

Согласно документам из прошлого, в блокаду вольготно чувствовала себя не только верхушка. Повара, кухарки и работники, раздающие паек, не гнушались мелкими кражами. У каждого были семьи, дети, родственники и знакомые, о которых думали в первую очередь. Размер порции для бедняка был прямо пропорционален добросовестности человека, готовившего еду. Несложно догадаться, что честные оказались в меньшинстве. Остальные бесстыдно воровали, и их не смущал даже тюремный срок.

Кроме того, в сороковые года существовало немало спекулянтов. Хитрые дельцы скупали продовольствие по небольшой стоимости на стороне, а потом заламывали баснословные цены в Ленинграде. За время блокады ОБХСС поймало 15 тысяч таких умников. У них дома хранились целые склады с едой и драгоценностями. Особенно отличился товарищ Далевский, сколотивший на перепродаже миллионное состояние.

Еще одним распространенным типом мошенничества в блокаду было изготовление фальшивых карточек. И ладно, если бы ими пользовались ради того, чтобы прокормить себя и семью. Нет! Те, кто умел печатать, тоже шли по пути перекупщиков и собирали у себя дома целые склады из продуктов, спиртного, золотых украшений и котиковых манто.

Читайте также: Кто такой схиигумен Сергий и что происходит сейчас в Среднеуральском монастыре?